Максим Чудов: Не хочу работать с нынешним тренерским штабом
Российский биатлонист Максим Чудов в интервью «Спорт-Экспрессу» подвел итоги завершившегося сезона и раскритиковал тренерский штаб мужской команды.
— Едва ли не тяжелейшим моментом в карьере для вас стала Олимпиада-2010. Эстафета показала, что вы в нормальной форме, но почему-то из личных дисциплин бежали только спринт…
— Все иностранные спортсмены были в шоке. И я тоже. Причину озвучил наш тренер: «В спринте Чудов не боролся до конца».
— И что вы об этом заявлении думаете?
— Я приехал на Олимпиаду защищать честь страны, честь флага, собственное имя, наконец. Да, к главному старту подошел не в той форме, в какой хотелось. В этом в немалой степени моя вина, признаю. Плюс во время спринта были тяжелейшие условия — не у одного меня не сложилось. Но чтобы «сливать» гонку… Вы сами как думаете — это возможно?
— Тренеры много критиковали спортсменов и до, и после, и во время Олимпиады.
— Да. Виноваты всегда только мы. Тренеры — никогда. Хотя порой нужно признать: где-то не прав был спортсмен, а где-то тренер, будем вместе работать над ошибками. Я однажды откровенно спросил у Аликина: «Владимир Александрович, а вы когда-нибудь ошибаетесь?» «Нет, — ответил он мне. — Я всегда прав». В последнее время между тренерами и спортсменами исчез какой-либо диалог. В первые год-два, когда Аликина только назначили, было иначе. Тренеры советовались, мы вместе обсуждали, как выстроить процесс подготовки. Теперь такого нет. Был диалог, стал монолог.
— Впечатление от неудачного сезона, безусловно, скрасила олимпийская медаль. А если бы не попали в состав олимпийской эстафеты…
— Понимаю, на что вы намекаете. Да, были мысли о том, чтобы закончить карьеру. Все-таки вторую Олимпиаду подряд мог «пролететь» мимо эстафеты. В Турине вообще была жуткая ситуация. Я поехал на Игры-2006 первым номером с точки зрения результатов и физической готовности. Если бы меня выпустили, я бы порвал всех. Даже из наших ребят никто не мог меня превзойти. Хорошо, не доверяете — поставьте на второй, третий этап. Даже если бы завалил, было бы время исправить. Но там были подводные течения. У меня требовали денег за место в команде.
— Чувствуется, что вы очень обижены на тренерский штаб. Как же дальше вместе работать?
— Жизнь покажет. Скажу честно: с нынешними тренерами у меня нет желания работать.
— Предположим, что изменения произойдут. Кто может прийти на место нынешних тренеров? Иностранцы, российские специалисты?
— Не важно. Это должны быть люди, которые могут подсказать технические детали. Например, держишь ты лыжную палку так, а не иначе, и за счет этого выигрываешь несколько секунд. Две секунды там — две секунды здесь… Но для этого нужно снимать тренировки на видео с разных ракурсов и вместе обсуждать помарки в технике.
— Уже наметили себе, до какого времени будете продолжать карьеру?
— Пока ставлю цель: подойти в оптимальной форме к Играм-2014 в Сочи, а потом буду думать. Но мне предстоит долгий путь. Сейчас я чувствую огромную усталость — и моральную, и физическую. Выхолощен полностью, нет сил. Надо хорошо отдохнуть и приниматься за работу. Набрать вес, улучшить физическое состояние. Ближайший сезон будет очень тяжелым, но я буду двигаться постепенно. Для начала постараюсь вернуться на прежний уровень, вновь построить тот фундамент, который был разрушен во многом по моей вине.
