Руслан Чагаев: Хочу биться с Валуевым

12 ноября 2008 08:27

Временно недействующий чемпион в супертяжелом весе по версии WBA Руслан Чагаев продолжает восстанавливаться после травмы ноги, полученной в ходе подготовки к защите титула против Русского гиганта Николая Валуева. Происходит это в зале гамбургского клуба Чагаева Universum Box Promotion, где корреспондент Sportbox.ru и встретился с Белым Тайсоном из Узбекистана. При встрече, первым бросилось в глаза, что Руслан слегка прихрамывает.

– Руслан, вы еще прихрамываете. В каком состоянии сейчас ваша нога?

– Намного лучше. Можно сказать, что уже процентов на 80 она здорова. И ходить, и тренироваться совсем не тяжело. Пока нога не разогрета, сухожилие немного тянет. А когда разогреешь, отпускает, и я чувствую себя нормально.

- Сколько времени вы тренируетесь ежедневно?

- Сейчас у меня две тренировки в день, а поначалу было – по одной, занимался с 9.00 до 15.00. Правда, это была весьма монотонная работа – все делал медленно, с чувством, с толком, с расстановкой. Час ходил по беговой дорожке, затем два часа качался.

– Не возражаете, если мы вернемся к началу этой не очень приятной для вас истории? Как все случилось?

– Имела место непредвиденная случайность. Шел предпоследний раунд последнего спарринга. Ничто не предвещало беды, работалось легко. И буквально в один момент раздался хлопок. Сразу я и не понял, что произошло, но затем осел - нога уже совсем не держала, присел на ринг. Подбежали Тимо (тренер Чагаева Михаель Тимм) и ребята. Они попробовали меня поднять, прикладывали лед – думали, может, вывих. А когда приехали в больницу и сделали рентген, то выяснилось, что это разрыв ахиллова сухожилия.

– Если эта травма случилась во время спарринга, то теоретически она могла бы произойти и в бою, и тогда все было бы намного печальнее?

– Да, нет. Подобное невозможно спрогнозировать. Просто случайность! Хотел уклониться, вес тела полностью перенес на левую ногу, и в этот момент произошел хлопок.

– То есть, это было просто неудачное движение?

– Да. Похоже на то. Врачи спрашивали, случались ли у меня проблемы с ахиллом ранее. А у меня никогда проблем с ногами не было. Как сказали медики, обычно сначала происходит надрыв, а потом в экстремальной ситуации - разрыв. В моем случае он порвался сразу. Врачи считают, что это могло произойти от большой нагрузки.

– Как прошла операция, как восстанавливались?

– Для меня это был очень страшный период. В какой-то момент я даже думал, что вообще не смогу нормально ходить, ощущал чудовищные боли, долгое время передвигался в специальном сапоге, а затем мне его каждые три недели убирали по сантиметру: на пятке стояли специальные накладки, и каждые три недели их укорачивали на один сантиметр. То есть изначально, когда длина была три сантиметра - сначала больно ступать, но затем привыкаешь, и боль становится терпимой. Затем сантиметр убирают, нога чуть ниже опускается, и ты вновь ощущаешь адскую боль. Я даже боялся ступить на ногу. Думаю, что если бы не хорошая терапия, то вряд ли бы на сегодняшний момент смог бы ходить. До сих пор езжу в реабилитационный центр под Гамбургом, и благодаря тамошней терапии начал нормально ходить. Мне прописали специальный развивающий ногу курс гимнастики. Позже, месяца три назад, я ездил к оперировавшему меня хирургу, и он очень приятно удивился: "В своей практике впервые вижу, что за такой короткий промежуток времени нога восстанавливается, и мышцы не атрофированы. Измерив мои ноги, врач установил: моя правая нога – 43 см, а левая - 42 см, что абсолютно нормально". Он также сказал, что могут атрофироваться мышцы, и нога становится заметно тоньше. А благодаря процедурам, которые я прошел, моя нога постоянно оставалась в тонусе.

– После травмы и операции ваше психологическое состояние, наверняка, было очень тяжелым?

– Конечно, психологическое состояние было ужасным. Одно дело, когда у тебя незначительная травма, то ты знаешь, что через определенное время - две-три недели, снова встанешь в строй и продолжишь боксировать, и совсем другое - когда произошло то, что случилось со мной. В какой-то момент я даже подумал, что не смогу ходить, не говоря уже о тренировках или же выступлении на ринге.

– Как и за счет чего удалось преодолеть депрессивное состояние?

– Когда я первый раз пришел на физиотерапию, мой врач спросил: "Почему ты идешь, закидывая ногу?" Я ему отвечаю: "Не могу иначе. Она у меня болит". Он же мне в ответ: "Ты не инвалид. У тебя просто болит нога". И это он мне внушал постоянно. Я же боялся наступать на ногу, потому, что это было весьма болезненно. Через какое-то время нога начала восстанавливаться. Меня также поддерживали супруга, тренер, все мое окружение. Это исцеление, наверное, происходилои за счет самовнушения, и убежденности окружающих.

– Как супруга поддержала вас в этот трудный момент?

– Она летала вместе со мной в Мюнхен на операцию, а затем еще неделю очень заботливо ухаживала в реабилитационном центре, была, как бы, моей частной медсестрой, а дети в это время находились дома с тещей. Супруга, конечно, сильно поддержала меня. Я ее уговаривал не лететь со мной, но она настояла. Честно сказать, я очень рад, что она была вместе со мной.

– Перед тем, как вы вознамерились возобновить тренировки, жена не пыталась вас отговорить? Не настаивала ли на вашем завершении карьеры? Не уговаривала поберечь здоровье?

– Но она знает, что цель моей жизни – быть хорошим спортсменом и добиться в боксе максимальных успехов. Она только просила меня сразу сильно не напрягать ногу, а усиливать тренировки постепенно.

– Как и когда вы почувствовали, что готовы приступать к тренировкам? Сделали это с одобрения врачей? Они вас не отговаривали? Не советовали ли еще подождать?

- Я полностью доверился своему врачу, тому самому, который оперировал меня. И буквально до последнего момента просто приходил в спортзал для упражнений со штангой. Но основным была физиотерапия. После того, как я слетал к нему, то после обследования он очень обрадовался и меня сильно обрадовал, сказал, что потихоньку могу начинать бегать, но без больших нагрузок.

- Какой был первый шажок в тренировочном процессе?

- Ходьба на беговой дорожке. Именно не бег, а ходьба. Просто нормально ходить, без всякой нагрузки. С самого начала я ходил по 30 минут. Затем, почувствовав, что это делать становиться легче, увеличил время ходьбы до сорока минут, затем до часа – часа десяти. От недели к неделе я прибавлял темп ходьбы. А затем я даже пытался слегка бежать, но мне мешал ботинок.

- Сейчас уже достигнут тренировочный максимум на беговой дорожке?

- Пока мне разрешено бегать только полчаса со скоростью десять километров в час.

- Ваши тренировочные планы разрабатываются совместно с врачами?

- Врач замеряет у меня лактат. Если его уровень завышен, значит, организм устает и идет повышенная нагрузка на организм, на мышцы и сухожилия. А, стало быть, нагрузку следует уменьшать. А когда делают тест, то все это проверяют. Если лактат поднялся до максимума, тест останавливают. В зависимости от него расписывается мой тренировочный план, - сколько бегать, с каким пульсом, и т. д. Позже составляется новый план на определенный период.

- Вы бегаете с "ай-подом", на котором, как я слышал, записаны бои Майка Тайсона. Какой из его боев для вас самый любимый?

- Не скажу, что мне нравится какой-то определенный его бой. У меня записаны самые интересные нарезки из разных его поединков.

- Как появилось у вас боксерское прозвище "Белый Тайсон"?

- Это прицепилось ко мне еще тогда, когда я боксировал в любителях – на моем последнем чемпионате мира в Белфасте. Там все бои закончил досрочно, и ирландская пресса начала писать обо мне, как о "Белом Тайсоне". А когда приехал в Америку, то мой агент взял это прозвище на вооружение. Так оно за мной осталось. А в "Universum" его стали эксплуатировать очень активно.

- Вы лично вы с Тайсоном встречались?

- Да, в 2001 году, случайно попал на его тренировку в Лас-Вегасе. Майк тогда готовился к бою с Льюисом. Мы с ним немного пообщались и сделали несколько фото на память.

- И какое впечатление он произвел? За уши не кусал?

- Да нет, он бы очень тихий и спокойный, приветливый, без гонора и "понтов". Очень простой парень. Как бы его не ругали, как бы он не проводил свои последние бои, для меня он остался  Тайсоном в лучшие годы своей карьеры.

- Сейчас Мэнни Пакьяо готовится к бою с Оскаром Де Ла Хойей, говоря, что очень хочет победить своего кумира. Вы бы не хотели одержать победу над Тайсоном, если бы это было возможным?

- Нет.

- Насколько важно для боксера вовремя уйти, чтобы не быть битым, как Тайсон? Сейчас вон и Холифилд намерен драться с Валуевым.

- Трудный вопрос. У каждого, наверное, имеются какие-то мотивы. Я не имею права осуждать кого-то за то, что он возвращается на ринг. Пусть каждый делает то, что находит нужным.

- Вы говорили, что ваш следующий бой состоится в январе. Но, скорее всего, это будет бой не с Валуевым.

- Это буду решать не я, а мой промоутер. Но, честно говоря, я бы хотел биться с Валуевым. Но если Валуев 20-го декабря проведет бой с Холифилдом, то я тогда я тоже могу проводить свободную защиту титула. Если бы он не проводил бой, то тогда бы я его тоже не проводил, и в следующем бою мы бы встретились между собой.

- Вы действительно считаете (об этом писала пресса), что Валуев плохо боксировал против Руиса и, в действительности, проиграл ему?

- Нет, я не говорил, что он проиграл, а то, что максимум, что там было – ничья. Но, честно говоря, для меня Руис выглядел лучше Валуева.

- Во втором бою против Валуева Руис боксировал лучше, чем с вами?

- А вот об этом не могу судить.

- Вас не удивило, что WBA предоставило вам отсрочку для обязательной защиты титула не на год, как обычно, а на полтора?


- На полное заживление ахилла требуется 300 дней. Возможно они исходили из этого.

- Не страшно ли тренироваться до полного выздоровления ахилла?

- Я все черные мысли отбрасываю и стараюсь не думать об этом.

Александр ПАВЛОВ, Sportbox.ru,
Гамбург
 

По теме

Конференция Александра Павлова

© ОАО «Спортбокс» 2007 — 2017.
Для лиц старше 16 лет

Наверх